Рассказ человека, сбежавшего из секты «Церковь Благодать» в Перемышле

Летом 2014 года к нам в храм обратился Геннадий Валов. Он был болен и очень голоден. Сказал, что сбежал из секты и просил ему помочь. Его накормили и проводили в больницу, в которой он пробыл на лечении целых три недели. Через несколько дней, в больничной палате произошёл продолжительный разговор с ним. Этот разговор он разрешил записать на диктофон. Здесь приведена сама эта звуковая запись и её расшифровка. Эта беседа интересна тем, что она даёт представление о тоталитарной секте «Церковь Благодать» не по её рекламным акциям, а «изнутри», такой, какой увидел её человек, ставший её членом.

Что бы кому-нибудь эта история не показалась  невероятной на этой странице приведены связанные с ней документы. Это заявление Геннадия Валова в полицию, в которою он обратился после выхода из больницы. Талон регистрации его обращения в полицию. Фотографии страниц его больничной карты. Расписка в получении средств от нашего храма на дорогу до Липецка, где он должен был встретиться со своей женой.

Почему мы сейчас вернулись к этой теме? Этой весной к нам в храм пришёл человек, сказал, что ушёл из секты и попросил оказать ему помощь. Но это уже другая история, которую мы в ближайшее время так же выложим на сайте.

Звуковая запись может быть выложена на Ютубе только с наложением изображения. Поэтому мы наложили на неё фотографии с официального сайта секты «Церковь Благодать» в городе Калуге.

Расшифровка звуковой записи.

— Ну, лежал в больнице, семнадцатой, в Москве, ампутировали пальцы, приехал в посёлок Киевское, где до этого жил, хозяин сдал квартиру и я остался без жилья, бомжевал. Ну, там есть бомжи, тоже, помимо меня. Подходит женщина, спрашивает бомжа, Сашку, говорю: «я его не видел, он где то здесь был, где то сидел, но куда делся не знаю». Она сказала: « А вы здесь что сидите?». Ну, я ситуацию рассказал. Она сказала: « А вот есть Центр Реабилитационный в Калуге, вы как насчет туда поехать?». Я говорю: « А что за Центр?». Она говорит: «Ну там, крыша над головой, покормят и помощь врачебная и врач у них там есть и всё…». Ну, я ей рассказал про свои болячки, вот. Она говорит: «Хорошо, подходите сегодня в 8 часов вечера, как раз мы будем направлять Сашу, и вы поедите». Я опоздал к 8-ми часам, потому, что мне нужно было переодеться, я был грязный весь, я зашёл к соседке дома в котором я жил. Она сходила по соседям, вещей мне набрала чистых, принесла, я переоделся, пришёл и опоздал. Потом дождался эту женщину, которая пришла на станцию Некрасова, провожать этого Сашу отправили. Она говорит : «Вы где сегодня будете ночевать?». Говорю: «Я не знаю». Она говорит: « Пойдемте переночуете в котельной». Она в котельной диспетчером работает. Я пошёл, переночевал, там еще одна женщина была, которая дала мне денег на дорогу и сказала: «Вот вам деньги на дорогу». Я еще спросил, сколько стоит билет. Она ответила: «200 рублей стоит билет до Калуги, а на 100 рублей вам купить купить покушать. Ну , я говорю: « Хорошо». Утром я сел на маршрутку, уехал до Некрасова, там сел на электричку и приехал в Калугу. В Калугу приехал на станцию, позвонил, мне сказали номер телефона, эта женщина дала. Я позвонил, мне ответил мужской голос. Я сказал, что я приехал, потому что они меня предупредили, сказали, что как приедете – позвоните, вас встретят. Ну, я сижу на лавочке, подходит мужчина спрашивает: «Вы «такой – то»?».  Я ответил: «Да, я «такой – то»». Он сказал: «Пройдемте». Мы сели с ним на маршрутку и уехали в Малинники. В Малинниках, там у них вот этот Центр основной, там руководитель, я фамилию не знаю, Александр Анатольевич, такой, здоровый мужчина, с такой седой бородой, обросший. Ну, я там, в Центре у них пробыл 3 недели, ну а что, медицинской помощи нет, ничего нет, и у меня пальцы начали вообще гнить. Я подошёл к нему и сказал: «Помощи нет медицинской, ничего нет, а на работу гоняют каждый день».
— А что там, какая работа?
— Работа дворником в Калуге метут, подметают. Министерство финансов, Макдональдс , банки, вот это всё они подобрали под себя, какую то холдинговую компанию нашли и она им дает работу и они посылают таких как я работать там.
— А деньги все им?
— А деньги все им. Ну, вот мы фактически работали за похлёбку. Утром тарелка супа, в обед тарелка супа и вечером тарелка супа.
— А поселили там где?
— А жили, селили, там здание стоит, там еще комнатки, в комнатках стоят 4 кровати, есть 6 кроватей, стоит 2-х ярусных, а есть 4 кровати стоит 2-х ярусных, кто на втором этаже спит, кто на первом этаже спит. Пружин нет, доски постелены. Вот я там пробыл 3 недели. Я подошел и сказал: «У меня с ногами очень плохо, ноги гниют». Он мне сказал, что без полиса меня нигде не примут, спросил есть ли у меня полис. Я сказал, что в посёлке Киевском я заходил к хирургу на перевязку, у меня взяли полис, полис обратно мне не вернули. Он говорит: «Хорошо, тогда езжайте». Я уехал, меня 5 дней не было. Я пошёл к хирургу, у хирурга спрашиваю полис, а медсестра говорит: «Я подклеила его в карту». Я спустился в регистратуру – полиса в карте нет. Я говорю: «Полиса нет в карте, где?». Она ответила, что туда его подклеила. Ну, в общем спор такой пошёл, но полис так и не нашли. И получилось, что неделю без еды, без ничего. И по подъездам ночевал. Еще соседка меня встретила, я пошел к ней, говорю : «Лида, дай мне пожалуйста на дорогу денег, потому, что мне не на что уехать, потому, что контроллеры высадят меня, и в Калугу я не приеду». Она мне дала 200 рублей, я взял деньги и приехал второй раз. Когда приехал в Центр, этот Александр Анатольевич, что то ему не понравилось, что я грязный или что, или как, что то ему не понравилось, он сказал: «Я тебя сюда не возьму». Я его просил конечно, чуть ли не на коленках стоял, потому что всё таки прохладно ночью. Он меня не взял, сказал: «Приедешь на Болдина 20, в церковь, завтра будет служба». Я приехал в церковь, он мне сказал: «Разговор будет после службы». После службы он подвёл меня к Денису, руководителю в Центре, в Перемышле. Этот Денис мне сказал: « Поедешь со мной». И вот, я приехал сюда в Перемышль. Приехал в Перемышль, пошли в этот дом по Октябрьской 25/61 . Пришли, я посмотрел, дом не казистый такой стоит, зашли туда внутрь, в зале крест висит, у них молитвенная комната. Ну и началось вот это их служение. Без десяти пять подъём, они взяли меня в качестве повара, вот будешь нам готовить. Этот Денис тоже просыпается без десяти пять, с пяти – до шести он молится не молится, но он там бегает по огороду, подает на коленки, в общем, впадает в транс, и это самый настоящий транс, это не молитва. Он собирает всё подряд когда молится, всё подряд, вот у него как в мясорубке всё идет, повторяется по много раз, потом он приходит…
— В смысле, что собирает?
— Вот, вы знаете, они когда славят Бога, потом просят за кого то, в общем всё собирает, всё что есть, абсолютно всё. У молитвы вообще порядка нет, молитва это просто, что он сам говорит, ну не как у нас молебен, молитвослов. Там вообще такого нет, в общем собирает всё подряд. Ну, я тоже, он мне говорит: «Давай, молись». Ну, как молится, он начинает молиться, меня хватает на 5 – 10 минут, потом начались придирки, что ты не хочешь или не умеешь молиться, а у тебя молитва – 5 минут. Потом, у них есть такие молитвы, как «Ночной Страж», с десять – до одиннадцати вечера, остаешься, сидишь и вот час ты должен молиться. Ну, помолился ну 5, ну 10 минут, ну тоже тай набор слов идет. Потом, в 11 ложусь спать, опять без десяти пять подъем, опять начинается огород, прополка, там посадили картошку, лук, ну всё такое вот, для дома. А Денис, он сам как, без десяти пять встал, помолился, позавтракал, всё, у него сонный час начинается, он устроен здесь на работу, на мусоровозе, как рабочий он устроен, но не работает, за него работает другой, Саша, такой же в Реабилитационном Центре, у этого Саши тоже ни жилья нет ни дома, вообще ничего. Потом он ложится спать, спит до 11, до 12, просыпается, может собраться, куда-нибудь уйти, когда уходит, он обязательно закрывает меня на замок, я ещё тогда ему сказал : «Ты знаешь, чисто психологически я не могу, потому что ты меня закрываешь на замок, я не могу никуда выйти». Потом я нашел болт на воротах, который открывается, то есть ворота не были на замке закрыты. Я как то раз «разболтил», чисто вышел на улицу, стою как раз у ворот и он идёт: « А-а-а, ты что вышел, ты нарушил бумагу, которую ты подписывал!».
— А что за бумага? Вы читали ее вообще?
— Вы знаете, мне всё равно уже было. В общем, там, нельзя выходить без разрешения руководителя Центра вообще из дома. Там много предисловий и ты расписываешься. Он начал ругаться: «Ты знаешь, что ты нарушил? Ты же расписался, ты же дал добро!». Я говорю: «Денис, ну я же стоял у ворот, я никуда не ушёл, я стоял здесь». Он сказал: « Всё, заходи, и больше никуда не выходи». И после этого они меня уже конкретно стали закрывать на замок. Ну, в общем, придирки, всякого рода придирки были: «Не так молишься, не так ведёшь себя, молчишь, что ты молчишь, ты не хочешь духа святого впустить в себя, не хочешь в Бога верить». Ну, в общем такие придирки идут постоянно и как будто тебя выживают, но не пускают. Чисто психологическое давление идёт и идёт. Этому Денису слова вообще не скажи – он там царь и бог. Ему начинаешь что то говорить: «Денис, а почему это так?», он говорит: «Ты знаешь, я не люблю таких вещей, чтобы кто-то мне указывал, мне 56, а тебе 23, неужели я не вижу где ты себя правильно ведёшь, а где ты себя не правильно ведёшь». Если ты допустим, утром встал, помолился, потом заваливаешься спать, отсыпаешься и там, свои дела делаешь, может в Калугу уехать, он очень часто ездит в Калугу на Болдино 20, там все вот эти служения, там на всякие семинары, он туда ездит. Но он бывший наркоман, у него даже все передние зубы – вставные, потому что у наркоманов сыпятся зубы, они там что то с ацетоном делают. Чисто психологически, человек обработан в самой Калуге, в этом Центре, он год там пробыл, в этом Реабилитационном Центре, видно, что с головой у него не в порядке у этого Дениса. Просто так вы это не скажете, а когда с ним общаешься, это сразу выявляется, что у него с головой не в порядке. У него психика не нормальная. Когда начинается молитва, он начинает танцевать, пляшет, руки к верху поднимает, потом на пол падает. В общем, он вводит сам себя в транс, самый настоящий, чистейший транс. Я вот был несколько раз на богослужении на Болдино, вот в последний раз я там был, в пятницу, было богослужение…
— Вы туда вместе с Денисом ездили?
— Да, мы втроём ездили туда, ну, там надо чтобы народ был, все кто приходит в реабилитационные центра, по типу меня, всех туда, чтобы показать, что есть люди…
— Ну, а на самом деле, людей не очень много?
— Бывает много людей… И, вот такая ситуация, я не знаю, я ему сказал: « Денис, ну почему я должен здесь сидеть целый год?», я подписал бумагу допустим там на год, почему я должен сидеть тут целый год? Он ответил: « А что ты тут сидишь целый год? Ну, взял там допустим, пошёл на огород, там что то потяпал». Я сказал: «У меня нет общения с людьми, я закрыт, понимаешь? Я не могу ни выйти, ни поговорить, ничего, я вижу ваши только 2 лица, утром и вечером, и всё, остальное время я сижу дома». Чисто психологическое давление. И сейчас, он поехал, как раз в тот день, когда я ушёл оттуда, он оставил деньги на соль, это просто такой момент был, я как раз с магазина купил соль, зашёл в церковь, матушка мне сказал: «Бегите оттуда, бегите». Я пошёл, быстро вещи собрал и пришёл. А он как раз, поехал насчет работы в Калугу, в какую-то холдинговую компанию, мыть витрины, он мне сразу сказал: «Ну всё, Саныч, короче говоря, мы будем ездить работать, там и по 8 и по 12 часов работают и на «Wolksvagen’е» работают, так что тебе сидеть и лежать не придется». Я говорю ему: «Денис, у меня с ногами, ты понимаешь, что у меня ноги больные?», он ответил: «Ничего, будешь молиться, будешь ходить, всё заживёт», вот так он мне сказал.
— А вы говорили про больные ноги, что вам нужна помощь?
— Он видел всё сам. Я ему говорил, что мне нужна консультация врача, мне нужны медикаменты. Потому что, понимаете, здесь он получает 7 тысяч, сам он сказал, что мы там жили на 3 с половиной тысячи, втроём, на 3 с половиной тысячи. Всё получается так, по кусочку утром, по кусочку в обед, по кусочку вечером, просто по кусочку, там нет такого достатка, что ты взял два – три кусочка, нет. По кусочку. Утром, значит, можешь кусочек батона съесть, в обед и вечером можешь съесть свой кусочек чёрного хлеба. Что там было с продуктов… С продуктов какие никакие кости были, вот кости отваришь в кастрюле, кости потом закончились, вот я ему говорю: «Денис, а с чего готовить? Готовить не с чего, ни картошки, ни морковки, ни лука, ничего нет», он мне отвечает: «А вот, крапива на огороде есть или, вот ботва с редиски есть, вот ты возьми, нарежь этой ботвы в кастрюлю, там вот рис в пакете есть, рису засыпешь, сваришь, и всё будет нормально». Вот такую, как говорится «болтушку» я варил.
— Ну, а какая причина, нехватка средств?
— Конечно нехватка средств. Понимаете, ему средства никто не даёт, он должен вести этот Реабилитационный Центр, вот как он пошёл на службу к Богу, у них так называется, и он должен, в этом Реабилитационном Центре сам вести, сам заниматься хозяйством, сам вот этим всем заниматься. Никто ему ничего не даёт. Единственное, вот, тогда мать к нему приехала, как он сказал, что мать ему дала 4 тысячи, на эти 4 тысячи, он сразу, очень много говорит по телефону со всеми своими знакомыми, а это сколько, если он по 10 – 15 минут, может 20 минут, бывает и по полчаса по телефону говорить. Сколько средств нужно? Все средства, он скорее всего вкладывает в телефонные разговоры, ну а там, совсем ничего не остаётся. Допустим, остаётся половина булки чёрного хлеба, я ему говорю: «Денис, осталась половина чёрного хлеба». Он говорит: «Ну и что?», потом, когда хлеб кончается, ему говоришь: «Хлеб кончился». Он отвечает: «А что ты мне не сказал, что хлеб кончился?». Я говорю: «Я же тебе говорил, что пол булки чёрного хлеба». Отвечает: «Ну, сегодня денег нет, сегодня без хлеба будем». Вот так, вот такая ситуация.
— То есть, он тоже не ест, тоже голодный ходит?
— Он сам тоже сидит, он знаете, сиди, мнётся, мнётся, ему же тоже есть то охота, а если он уже так поступил, если он не взял хлеб, то всё, ему тоже приходится так. Но у него, видите как, у него кладовка есть, ему мать привозит продукты всякие, конфеты там, печенье, еще что то. Он не особе щедро, так там, допустим положить на стол, там он возьмёт пачку печенья, на неделю, высыпет в вазу, ну, та конфет штук 10 положит. Скажешь ему: «Денис, я не знаю что делать, сахара нет, как чай будем пить без сахара?». Он говорит: «Без сахара попьем». Или варенье в тарелочку нальёт немного с холодильника, ему скажешь: «Варенье прокисло или там, закончилось». Отвечает: «Без варенья попьём». В общем прижим насчёт питания полностью идёт. Там я ходил голодный, ну что такое, крапива, вода и половина бокала риса, ну, бурда плавает, это всё равно, что я с бутылки воды попил.
— И он совсем молодой парень, 23 года?
— 33 года ему.
— И они его назначили начальником?
— Да и он себя знает, в церкви себя так показывает, что он такой деловой, что он тут ведёт Реабилитационный Центр…
— А у него на реабилитации находились вы?
— Да.
— А реабилитация от чего?
— Реабилитация, как они называют от алкоголизма и наркомании.
— Над вами проводился курс?
— Да. Они там не вспоминают, что ты там выпивал, еще что то, даже не вспоминают, даже разговора такого нет. Но когда я первый день пришёл к Александру Анатольевичу, он мне сразу сказал: «Выпиваете?». Говорю: «Ну, в меру так выпиваю». Он мне говорит: «Ну, как же я вас возьму на реабилитацию, если вы говорите, что не выпиваете?». Я говорю: «Ну, бывает через меру». Вот тут он зацепился и всё. Я и там бумагу подписывал и здесь эту бумагу подписывал, вот так.
— Значит, вы говорили, что нуждаетесь в медицинской помощи?
— Да, я говорил, что у меня гниют пальцы, мне нужно к врачу показаться. Он мне говорил: «Вон возьми, в кружке соли, вскипяти, помешай, чтоб вода солёная была, кипячёная». Я уже взял старую простынь рвал, бинтов не было. Старой простыни оторву, положу, чтоб хотя бы как то ноги подержать. Я потом посмотрел, что у меня пальцы не заживают, я ему сказал, он мне сказал: «Молись, молись, ходи, молись, и всё заживёт, Господь всё видит». Вот так.
— А к вам приезжают какие то из Калуги, устраивают богослужения, да?
— Приезжает пастор, он не с Калуги, он с Воротынска. Пастор проводит богослужения в воскресенье, начинается служение…
— Каждое воскресенье?
— Да, в половину четвёртого приходит женщина одна, пожилая…
— Половина четвертого, это вечером?
— Да, до половины шестого он ведёт богослужение, приходит женщина одна пожилая, потом приходят мужчина с женщиной, Виктор, он тоже работает где мусоровозы, он там работает на откачке, на какой-то там машине. Потом приходит еще одна пара молодая, лет за 30 им. Ну, тут они еще соседей подтянули, вот рядом дом стоит, у нее муж, он сам какой-то невменяемый, у него два инсульта было. Соседка их, она приходит, Денис всё бегает туда, к ней, чтобы она своих подруг или еще кого-то, знакомых приводила в церковь. Ну, они подтягивают членов, чтобы им открыть церковь. Он мне сам сказал, что им нужно набрать двадцать членов, и это уже будет организация, тогда они могут открыть церковь, тогда они могут здесь написать «Иисус Христос» и это будет церковь. В общем ужас, чисто психологическое давление было, настолько сильное, слова не скажи, ничего поперёк не сделай и вот всё давит и давит. Он просто убивал в себе собственное я.
— А вот, здесь как богослужение проходит, в какой форме?
— На богослужение приезжает пастор, дают книги, вот такие, толстые там песенник. Там у них пять или шесть песенников таких. Приезжает пара молодых, ее зовут Ольга, его не знаю как, они привозят электронный синтезатор, она включает, у нее журнал там, она листает, говорит по этой книге какую песню, там 1200 или 2000 какую-то там найти. Все встают в круг и поют эти песни.
— И так два часа?
— Нет, там допустим три – четыре песни спели, потом начинает пастор. У него Библия, начинает какую-то одну тему, там, различные темы, она начинает говорить, говорить, говорить, потом все стоят молятся, берутся за руки, в круг. Молятся, потом, у кого какие нужды, кто хочет, за что пастор помолился, говоришь: «За здоровье, за то за сё». Пастор подходит, руку на голову кладёт, что-то говорит, как бы злого духа изгоняет, потом все разъезжаются. Начинается неделя – всё с начала.
— А сколько примерно человек получается?
— Саша – раз, Денис – два, пожилая женщина – три, Виктор с женой – пять, пара молодых – семь. Семь человек.
— А эти молодые?
— Они как бы прихожане этой церкви, но они бывают на Болдино 20 приезжают, туда, в Калугу, там богослужение идет. Они сами здесь живут, в Перемышле, поэтому они приезжают в воскресенье сюда молиться.
— А вот вы говорите, что участвовали на Болдино 20?
— Меня поразило, что сам настоятель – пастор, он, вот в это богослужение, в пятницу, впал в такой транс, он и ревел и на коленках стоял, и всё вплоть до того, что на пол ложился, многие становится на коленки, и ложатся на пол, потому, что там палац лежит, и руки так и руки к небу, с плачут и кричат. И стоят у них несколько человек на сцене, они поют песни, пастор молится, все молятся. Это чистый шабаш идет, самый настоящий чистый шабаш.
— А что пастор кричал?
— Он кричал: «Дух святой», плачет сам стоит, потом упал на коленки, потом слёзы вытирает, я же вижу, что он плачет, слёзы вытирает, там еще эти, которые в церкви, пасторы, выходят к сцене, в общем, у кого какие нужды, за что нужно помолиться. Выходишь, спрашивают, за что нужно помолиться, отвечаешь: «За здоровье», или за еще что-нибудь, он руку на тебя кладёт, но он не на русском уже молитву читает, на каком-то другом языке. Вот, он когда я последний раз вышел к сцене, он спросил, за что будем молиться, я сказал: «За здоровье моих ног». Он положил руку, и начал читать не на русском языке, молитвы, вот это всё. Потом, мне сам на ухо говорит, они когда молятся, глаза закрывают, на ухо мне говорит: «Иностранный язык пришёл к тебе?», а он мне вселял Духа святого, я говорю: «Нет». Он спросил: «На таком языке, как я говорю, можете молиться?», я говорю: «Нет». Он еще немного молитву почитал на этом языке и закончил. Там чистейший шабаш. У них было богослужение областное, в эту пятницу, там пасторы со всех областей, и они там сами: «Давайте помолимся». Помолились. Начинает что-то рассказывать, рассказал. Потом женщина выходила, не знаю откуда она выходила. Она тоже, когда начала молиться, взяла микрофон, упала на коленки, стоит сама плачет, сама молится. Они все в транс входят, все. Я же взрослый человек, я смотрю телевизор, телевизор они не смотрят, вообще никто. Вы меня извините, они говорят: « В кого вы верите? Вы верите в мертвецов и верите в идолов, которым вы поклоняетесь». Вот так они говорят. Они, понимаете, народ, который был во Христе, допустим я христианин, оно просто-напросто стараются отвлечь от этой церкви, от нашей церкви, переубедить. У них там проповедники есть, проповедники тоже все, понимаете как, приходит наркоман со стажем, он пробыл там год, его отправляют на Болдино 20. У них там школа есть, прям в этой церкви, они та четыре месяца учатся на проповедников, а потом ездят по больницам, по наркологическим диспансерам, раздают книжки, как бы переубеждают людей, чтобы они были прихожанами этой церкви. Ужасно, ужасно, я там побыл, это что-то. Люди не выдерживают, многие не выдерживают. Допустим те, с кем я был в Реабилитационном Центре, в Калуге, человека четыре ушли сами. Двери не закрываются, утром собираются, часа в три – четыре утра, и потихоньку уходят и всё, и пропадают. Потому, что выдержать вот это вот всё… И вот, как он мне здесь говорил, что я подписал бумагу на год, если бы я здесь год пробыл, я бы с ума сошел.
— А вот то, что в Калуге, они тоже называют реабилитацией? Работают там целый год за еду и считают, что это реабилитация?
— Реабилитация…Ну что за реабилитация? Молись, работай? Разве можно это назвать реабилитацией? Никакой медицинской помощи, ни наркоманам, ни алкоголикам, никакой нет. Никакой. Работа и всё…
— Спасибо.
— Это самая настоящая секта, хорошо прикрытая секта. Они наберут себе сейчас 20 членов и они как организация уже откроют, как он мне сказал церковь здесь. «Будет реабилитация, нужно 20 человек, чтобы было реабилитация…»
— А какая вообще задача стоит? Они хотят, чтоб как можно больше членов было?
— Как можно боль членов было. Потому, что когда идёт богослужение, потом как бы подаяние, у них сумки красные, они проходят по рядам и собирают деньги. Кто даст сто рублей, кто пятьдесят, кто даже тысячу дает. Туда, бывает приходят люди состоятельные. Вот они три ряда проходят, собирают деньги. Потом у них получается как, десятую часть зарплаты они должны внести в фонд этой церкви.
— А как же они собирают, откуда у них такой заработок?
— Потому, что пожертвования… Вот они, допустим, захотели у церкви сделать отмостку из кубиков таких, как у вас сделано, там миллион двести нужен. Они сразу говорят: «Руководителям центров, пасторам сдать по три тысячи и мы набираем миллион двести, белорусы к нам приедут и всё сделают.»
— А много народу у них в Калуге собирается?
— Много народу собирается. У них два воскресных богослужения, одно начинается в 9, заканчивается в 11 , второе начинается в 11, заканчивается в 13. Как бы два потока идёт.
— То есть это «реальные» прихожане или такие как вы, которых насильно туда сгоняют?
— Ну, насильно нас сгоняют, мы по правую сторону сидим, а реально приходят там, допустим, кто-то пришёл, ведёт за собой еще какого-то одного, тоже заблудшего, как говорится. «Заблудший» постоял, посмотрел, видит, как молятся, помолился, ему говорят: «Ну что, тебе легче стало? Вот видишь, тебе легче стало, Господь услышал твои молитвы». И человек начинает верить, понимаете? Он уходит от нашей веры, христианской и приходит туда, к ним. В общем, они переубеждают, переделывают это всё. Все диски, все проповеди, вот у Дениса, все американцы ведут. Все. В переводе. Там видно, что Америка полные залы собирают, огромные стадионы, прямо на стадионах, вплоть до того, что больной идёт, он не может ходить, сидит на стуле, подходит проповедник, который приехал откуда-то, он берёт его, поднимает, «Иди за мной!» и тот пошёл. И вот он нам включает эти проповеди, чтобы мы смотрели.
— А он сам не пытался вас исцелить?
— У меня уже заживает, понимаете я, когда ходил, натёр мозоли, а так у меня всё заживает. Они тут хотят развернуться очень сильно.
— Ну, они это кто?
— Ну, молится сам Денис, Саша молится…
— Я как понял, Денис это одни мечты, фантазии.
— Понимаете, он с предложением, он что-то где-то здесь пронюхал и узнал, ходит с предложением к пастору, а пастор едет в Калугу, там обсуждает этот вопрос. Потому, что здесь дом нужно топись дровами, хотя по улице газ идет, но к дому не подведён. Они купили этот дом специально для этого Центра, как молитвенный дом. Ну, Денис он самый настоящий наркоман.
— То есть он колется?
— Нет, он сейчас не колется, но он наркоман с огромным стажем. Вот знаете, он как руководитель Центра, но он иногда сидит рассказывает, до какого состояния он доходил, всё. Он уже гнил заживо, как наркоман, как алкоголик, а мать что? Мать приезжает сейчас, она рада, что вообще живой остался. А какой из него руководитель Центра? Какой с него совет? У него ни образования, ничего нет. Ну, вот они, допустим четыре месяца отучились на руководителя Центра, ну а что он знает? Ему слова нельзя сказать, он сразу в психи впадает: « Что ты мне указываешь» или ещё что-нибудь.
-Ну вот, а вы считаете, что в Перемышле здание. В Перемышле только одна школа есть, тут больше никакой нет.
— Есть какое-то здание.
— Именно в Перемышле?
— Да, в Перемышле, где-то тут здание есть, кирпичное.
— Вы не видели?
— Нет, но он мне сказал, что бывшая школа или садик. Заброшенное стоит. Я еще спросил: « А что, туда сразу можно переезжать и жить?» он мне сказал: «Нет нам ни дверей, ни окон нет, надо делать», они вообще хотят три тысячи населённых пунктов, как он говорит в Калужской области, чтобы в каждом был реабилитационный Центр, минимум чтобы было 20 человек. Это получается 6000 человек в год. Представляете, что будет через десять лет?
— Ну, понимаете, мечты каждый может иметь. Пойдут ли еще 6000 человек туда? Я согласен, ничего хорошего здесь нет.
— Понимаете, все в этих Центрах наркоманы, алкоголики. Разговоры у них только какие они наркотики кололи, что они пили, как они напивались, как они гуляли. Даже Денис восторгается своей прежней жизнью. Но он сейчас не колется, не пьёт, потому, что его так обработали психологически.
— А в молитве, он впадает в состояние опьянения фактически?
— Да, собирается абсолютно всё, благодарят Господа за всё, просят за всех и вся, дай здоровья тому, дай здоровья этому.
— Ну, здесь ничего плохого нет, я так понял, что это чисто истерически происходит?
— Да, чисто истерически. Это ужасно. Я когда оттуда ушёл, я когда зашёл в церковь, я с сумкой пришёл, я зашёл, сразу помолился, будто я сбросил с себя груз.
— Вы ходить можете?
— Да.
— Ну, если желание, время есть, то в пятницу у нас будет служба вечером, я вас просто приглашаю. В субботу утром у нас Троицкая родительская суббота, вечером у нас всеночное бдение под Троицу, в воскресенье у нас Троица. В любой из этих дней можно исповедоваться. Или в пятницу вечером или в субботу вечером. Если соберётесь, то приходите в любой из этих дней.
— Хорошо
— Может, вы причаститься собираетесь?
— Не знаю.
— Ну, давайте вы в пятницу вечером придёте, я вам расскажу, что такое причастие, как правильно причащаться.
— Хорошо.
— Ну, в храм, который строится, я звонил, они боятся кого-то брать со стороны.
— Это в Козельске?
— Это в Ильинском, потому, что там, столько раз были ошибки, сколько раз эти скандалы и пьянки.
-Здесь где-то храм восстанавливается.
— Где?
— Вот, где-то здесь восстанавливают.
— Там работает команда узбеков, там особо мест нет, я даже не знаю, вы по специальности кто?
— Я вообще водитель и сварщик, я закончил строительный техникум.
— Опыт работы имеете?
— Да
— Мы вам тогда позвоним, спасибо, до свидания.

Scan0091

Scan0093

IMG_0643
IMG_0648IMG_0644IMG_0649
Scan0092

В прошлом году мы размещали материалы, посвящённые тоталитарной секте «Церковь Благодать» и её деятельности в Перемышле:

Проповедь неохаризматической тоталитарной секты «Церковь «Благодать»»в Перемышле 17.07.2015.

Тоталитарная секта «Церковь «Благодать»

В нашем храме ведётся сбор подписей за то, что бы секта «Церковь Благодать» не проводила в Перемышле общественные мероприятия.

Уважаемые жители Пермышля, не поленитесь, придите и оставьте свою подпись.  

(4406)